1919 и 1920 годы были юбилейными годами для физики кристаллов. 250 лет тому назад, в 1669 году, датский ученый, член Флорентийской Академии опытных наук–Akademia del Cimento–Николай Стенон (Nikolaus Steno) издал книгу, озаглавленную De solido intra solidum naturaliter contento, т.-е. "О твердом теле, естественным образом заключающемся в другом твердом теле". Год спустя появилась книга другого датского ученого Эразма Бартолинского (Erasmus Bartholinus) под заглавием Experimenta crystalli Instandici disdiaelaslici, quibus mira et insolita refractio detegitur, т.-е. "0пыты с исландским колким кристаллом, в коих раскрывается удивительное и необычайное лучепреломление". Относительно второго сочинения не может быть никакого сомнения, что оно положило начало нашему знанию о двойном лучепреломлении в кристаллах. Это, действительно, было первое физическое явление, из всех характерных для кристаллов, обратившее на себя внимание. Наблюдение Эразма Бартолинского послужило материалом для классических работ X. Хюйгенса и легло в основание всей кристаллооптики. Поэтому, казалось бы, что следовало считать Эразма Бартолинского основателем кристаллофизики, тем более, что относительно работы Стенона, несомненно, последует возражение, что она, хотя и легла в основание новой науки, но наука эта была не физика кристаллов, а кристаллография. Возражение это имеет за собой известное основание и опирается на общепринятый взгляд на значение открытия Стенона — так называемого закона постоянства углов кристаллов. Однако же в этом взгляде заключается недоразумение, так как при ближайшем рассмотрении оказывается, что этот именно закон должен считаться основным и исходным законом всей физики кристаллов, и поэтому основателем этого отдела физики надо считать именно Николая Стенона, Эразм же Бартолинский открыл лишь одно из многих явлений, характерных для кристаллов. Мы, однако же, нисколько не думаем умалять значение открытия двойного лучепреломления, ставшего ныне одним из самых изученных явлений и одним из самых важных свойств кристаллов, служащих для их определения в минералогии и петрографии. Таким образом, нисколько не умаляя заслуг Эразма Бартолинского, мы посвятим наш очерк закону, открытому Стеноном, постараемся раскрыть его содержание, указать его важнейшее следствие и покажем, что закон этот есть, действительно, основной закон кристаллофизики.